Смысл драмы романтической любви

Считается, что страдания это плохо, а удовольствие – это хорошо.

Принцип удовольствия – это один из четырех принципов работы психического аппарата в теории Зигмунда Фрейда. Вся современная западная психология, базирующаяся на фрейдизме, и вся современная западная культура, впитавшая идеи Фрейда, транслируют главенство этого принципа.

Для современного западного человека то, что приводит к страданиям – плохо, и этого нужно избегать. Романтическая любовь, основанная на ценностном отношении к другому и сильной индивидуализированной приверженности, часто приводит к страданиям, поэтому ее объявляют патологией (используют термин «аддикция»). А нормой считается поиск доступного объекта, который в принципе заменяем на другой объект.

Именно по такому принципу живут животные в дикой природе и скоты на фермах:

  • не с тем, так с этим;
  • безразличие;
  • незаменимых нет.

Возможно, именно поэтому Джордж Оруэлл, автор известного романа-антиутопии «1984», в другой своей повести сатирически изобразил человеческое общество и назвал произведение «Скотный двор».

Между тем, существует другой взгляд на страдания.

Например, Роберто Ассаджиоли, основатель психосинтеза, в своей работе «От душевного кризиса к высшему «Я», проводит мысль о том, что развитие и рост человека происходят благодаря кризисам, а кризис всегда связан со страданием.

И еще одна идея, выраженная в учении Аристотеля о трагедии. По Аристотелю, трагедия (которая, например, разыгрывается актерами в театре), вызывая сострадание и страх, заставляет зрителя сопереживать, при этом его душа очищается от аффектов.

Драма и страдание сопутствуют романтической любви, поскольку такая любовь предполагает:

  • борьбу с препятствиями, мешающими людям быть вместе;
  • безответность на начальном этапе;
  • либо полное отвержение.

Переживая драму романтической любви, человек узнает, каким он является на самом деле. У всех есть какое-то представление о себе, и оно никогда не бывает полным, т.к. человек живет и проявляет себя в стандартно-социальных условиях, когда есть безопасность и отсутствует риск. Романтическая любовь связана с риском и опасностью, для того, кто любит – всегда, для того, кого любят – обязательно в каком-то смысле тоже, именно поэтому любовь другого человека часто пугает.

Оказываясь в драматической ситуации, требующей нравственного выбора, человек его совершает, и при этом:

  • проявляет свою подлинную сущность и узнает себя, на что он способен как человек в критической ситуации (как если кто-то рядом тонет, и больше никого поблизости нет, только ты можешь спасти, одни бросаются в воду, другие проходят мимо);
  • формирует себя, совершая поступок – осознанное нравственное действие (становится сильнее духом или потворствует слабости, идя по пути наименьшего сопротивления, «как легче, так и сделаю» – удел трусливых и слабых людей).

Проходя через драму, причем не наблюдаемую со стороны, а личную, с полной вовлеченностью, человек переживает катарсис, его душа очищается от накопленного в течение жизни «эмоционального багажа» – подавленных и неразряженных чувств и желаний, зачастую низменного характера (например, похоти и злобы).

Поэтому романтическая любовь и связанная с ней драма – это хорошо. А «любовь» без драмы – это всегда, в конечном счете, пошлое удовлетворение примитивных потребностей (половых, финансовых, бытовых, жилищных) и соответствие социальному стандарту (создавать ячейки общества).

Не нужно делать трагедию из того, что «с любовью не получилось». Сама формулировка эта в корне неверна. С любовью все получилось, если смог увидеть человека глазами любви и возникло ценностное отношение к нему, и получилось в тот момент, когда конгруэнтно (с полным внутренним согласием) сказал другому: «Я вас люблю».

Конкретика дальнейших событий имеет значение только в одном смысле: смог ли ты сам быть безупречным в любви, смог ли быть в любви человеком. А ответ другого вторичен, он зависит от того, смог ли быть человеком он сам.

И если даже любовь отвергнута, это не трагедия, а всего лишь драма. Время лечит, отболит – пройдет, и после «периода спячки» сердце зацветет снова. Главное, чтобы сердце было, а не только рассудок и половые органы, как у скотов в человеческом обличье.